Третий ребёнок

Третий день празднования Троицы, особенный для нас с мамой праздник, праздник Надежды, когда мы можем помолиться Богу и верить, что нашему Юрику будет хорошо там, на небесах.

Почему-то в этом году особенно остро переживаю эту потерю, слёзы наворачиваются на глаза, когда думаю об этом, позволяю себе думать об этом, потому что думать было нельзя, иначе бы мозг просто бы скукожился в маленький комочек и перестал бы существовать. Прошло 17 лет с того трагичного события, которое я помню, как ночной кошмар. Почему ночной? телеграмму принесли? или я ходила за ней на почту и мне её вручили, не понимая, читаю текст: «6 октября умер Юра. Похоронили.» Не поняла, какой Юра, какое отношение ко мне имеет этот драматичный киношный сюжет?.. Нет, немного не так: позвонили в 3 часа ночи и зачитали текст телеграммы, попросили разрешения принести утром… Поэтому я вздрагиваю от ночных звонков.

.. Держать тело было долго нельзя, поэтому схоронили в тот же день.. А, чтобы могилку не раззорили вандалы (в Таджикистане шла война и русские кладбища ровняли с землёй), похоронили среди таджикских шестов с тряпицами, воткнули такой же шест и повязали тряпкой… ни надгробия, ни имени…

Отец приехал ко мне в гости, не ведая о происшедшем. Когда сказала, только вышел на лоджию, вобрал в себя воздух и выгрузил в выдохе «Ха!..» свою боль, отчаяние, как будто забил временную веху, разделившую теперь весь мир на «до» и «после».

Решено было, что он едет в Таджикистан сказать последнее: «Прости…» Маму удержали, дорога была опасная, да и сердце не выдержало бы…

Вскоре Люда с детьми перебралась в Россию. Надо было жить…

…Юрик родился третьим ребенком в нашей семье и разница между мной и им была в три года. Мы с Володей (старшим) с охотой играли в свои игры, а младшего считали помехой. Юрик ломал наш порядок в игрушечных городках, путался под ногами… Общие потасовки, которые устраивал отец, вечерние сказки были, пожалуй, теми развлечениями, где он был с нами на равных.

Он всегда хотел быть такими же, как мы,- старшим. Помню его шахматную доску, которую он всегда носил с собой под мышкой: «Динчик, сыгранём?» — спрашивал он лукаво щурясь и просительно заглядывая в глаза. Сначала он всем проигрывал, а когда стал выигрывать, играть с ним мне стало не интересно и я все больше отказывалась… Ах, как бы я хотела еще раз услышать эту его просьбу и поиграть с ним…Дорогой мой братик, я любила тебя, жалела, как самого младшего и беззащитного, злилась на Володю, когда он отказывался разобраться на улице с Юриными обидчиками. Словно коршун налетала я на того, кто обидел моего младшенького, и молотила кулачками по чему придется, не думая, что мне могли дать сдачи.

Учился Юрик средне…Я была отличницей, Вовка — боксер, химик, было чем гордиться. Юрику учителя часто ставили нас в пример… Представляю, как он хотел быть похожим на своего старшего брата: и на бокс ходил, и химию избрал своей профессией, как старший брат… Почему не пошел в геологию?..

Однако, если говорить по-существу, то он был самым лучшим из нас, потому что он был человеком необычайной доброты и справедливости. Тащил домой и котенка, и черепаху… Именно с ним отец оттаивал, становился мягче, добрее. А еще Юрик разделял отцовскую страсть к камням, горам, походным лишениям и открытиям. Мог на целый день уходить в горы в одиночку, если друг отказывался идти в дождь… Сказал, значит, сделал.

Однажды, рассказывает учительница по пению, Юрик вызвался спеть песню Высоцкого «Друг». Он пропел куплет, а в припеве Высоцкий свистит. И Юрик засвистел (хотя в школе свистеть и запрещали, учительница его не остановила… Вот такой он был непосредственный, из песни слов не выкинешь…

И в университет поступил на химфак, где учился старший брат, окончил его. Пошел работать на завод, был прекрасным специалистом, его двигали по карьерной лестнице. Был чемпионом завода, города по шахматам.

Меня, когда мы стали взрослыми, звал «Доня» (как мама).Когда я родила дочку, он с удовольствием выводил нас на прогулку и, не стесняясь, вез коляску. Я говорила: «Юрик, у девушек возникнут вопросы»… —  на что он шутливо отмахивался и говорил: «Ну и пусть думают, что я молодой папаша!..»

Действительно, женился он вскоре и был однолюбом до самой смерти… Очень любил своих сыновей, гордился ими, старался воспитывать, а не командовать.

В раннем детстве он упал с дивана, куда мы с братом его усадили. Травма (перелом черепа) была серьезной и отложила отпечаток на его здоровье, а впоследствии и на всю жизнь. У него часто болела голова. По-видимому, он испытывал почти эпилептическое напряжение в критических ситуациях. Нам бы обеспокоиться, так ведь кто же знал… В последние годы военной неразберихи, семейных неурядиц он, по-видимому, страдал от депрессии. Это воспринималось его семьей скорее как малодушие, чем как душевный недуг… Позже я узнала, что он не раз грозился застрелиться. До сих пор не могу простить себе, что не проявила большего участия в его судьбе, когда он в последний раз приезжал к нам. Приезжал, чтобы найти здесь работу и в будущем переехать… А у меня родился сынишка и я не рискнула отправиться с ним в поездку… эх, надо было настоять на скорейшем переезде!. Ничего не подсказало сердце. Через два года Юрика не стало… Выпил ртутное соединение…

Перед смертью, когда его везли в больницу, и Люда держала его за руку, он сказал, что сожалеет о том, что сделал. Он слабел с каждой минутой. Очень скоро глаза его закрылись навеки… Ах, дорогие мои, мой братик ушел в небытие и нельзя было за него помолиться. Однако, я думаю, что все же можно, поскольку он раскаялся при жизни в том, что сделал. Господи, прости детей своих неразумных!.. Узнаем ли мы друг друга, когда встретимся на небесах?

Отец ненадолго пережил своего младшего сына. Думаю, что и он страдал депрессией, только старался не показывать этого. Откуда в нас эта необъяснимая тоска по разлуке со своим небесным Отцом? Не от того ли, что боимся своей любви, боимся дарить её, проявлять к своим близким?..Боимся, что нас оттолкнут, осудят, неправильно поймут.

Дорогая моя мамочка, какие страдания выпали на твою долю, как хорошо, что мы не знаем заранее, какая судьба нам уготована…

Дорогой мой Юрик, вот и детки твои стали взрослыми, у них свои семьи, пусть судьба их будет счастливой и не таят они обиды на тебя, на меня, на нас на всех.

Каждый человек, который рядом с нами, делится с нами своей любовью. Мы замечаем это поздно, когда родник иссякает. Чувствуем невосполнимую утрату. Чем утешиться? И лишь Любовь и милость Отца небесного с нами вечно, она включает в себя все эти потоки. И, если вы потеряли близкого человека, включайте его поток любви в свой водопад, начинайте изливать его на мир за того, кто ушел и с надеждой смотрит на нас с небес. Не бойтесь изливаться, неиссякаемый тот источник. И перестанут вам наступать в автобусе на ноги, грубить в очереди, станут выздоравливать заболевшие при одном только вашем присутствии, добром слове, добром взгляде…

Ну вот, и просохли мои слезы, наверное в лугах зацвели сегодня незабудки… последний день празднования Троицы. И, не хлебом единым жив человек, помню об этом, всех люблю.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *